О принципе единства в Методе Хакоми

Аватар пользователя Ильин Василий
24 Июл, 2012 - 12:19

Мы приводим главу из книги Телесно-ориентированная психотерапия. Метод Хакоми Рона Курца.

Единство: вселенная соучастия 

Такой тип сознания - в этой книге я буду называть его "соучаствующим сознанием" - подразумевает слияние или отождествление с окружающим миром и свидетельствует о душевной целостности, которая уже давно ушла из нашего мира. 

Морис Берман.

Новое очарование мира

Мы имеем дело со следствиями универсальной тенденции к продуцированию частей из образований, сформированных в результате общения. Именно благодаря этому общению тело становится живым и действует так, как будто обладает умом, - и оно действительно им обладает. 

Грегори Бейтсон

  Морис Берман говорил: "Душевная целостность, которая уже давно ушла из нашего мира". Я вспоминаю об этой целостности, когда вижу новорожденного младенца или, как на прошлой неделе, маори, поющего прощальную песню в то время, как подходила к концу работа нашей группы, в котрой мы участвовали. Он пел о том, как корабль уходит в открытое море. Для маори расставание и долгие путешествия всегда связаны с морем. Это островная культура. Когда он пел, я почувствовал его любовь к морю и знание моря. Мне показалось, что мы все покинули берег и остались в открытом море. Это чувство было столь же реальным, как и комната, в которой мы находились. Душевная целостность этого певца, безусловно, не ушла из нашего мира - она создала мир, она позволила ему принести море и небо, его народ и весь его мир с собой, потому что они были им самим. Его вселенная была вселенной соучастия. Он был частью этого мира и ему было удобно в нем так, как нам никогда не было. 

  Единство означает принадлежность, сопричастность, возможность слышать и быть услышанным. Во многих терапиях интеграция и гармония считаются приоритетными задачами. Например, в методе Фельденкрайза, рольфинге, остеопатии, иглоукалывании, гештальте. О чем бы мы ни говорили - о том, как люди объединяются в семью, как мышцы объединяются в одном движении, как органы в согласии  создают здоровое тело, как мысли, идеи, убеждения, порывы, планы, чувства, воспоминания объединяются в единое "Я", - все эти системы говорят в пользу единства и интеграции. Мы изучаем такие системы, пытаясь понять, как происходит общение между частями, и, с другой стороны, как они выходят из строя, страдают и умирают по мере нарушения и прекращения общения.  

  В восточной религиозной традиции считается, что единство реально, а идея о том, что мы отдельные сущьности, - иллюзия. И сходная и самая разрушительная иллюзия - ложное различие между "Я" и другими. "Я" здесь не означает, что ты являешься личностью, телом или чем-то подобным. Это значит, что ты воспринимаешь и живешь отдельно от других. Это старинное заблуждение. Переход от единства к двойственности можно сравнить с переходом от голографического волнового фронта к образам отдельных объектов. Голограмма - это сеть волновых шаблонов, подобных ряби на озере во время дождя. Чтобы воспринять отдельные объекты, нужно раскодировать эти шаблоны. Нужно взять эту взаимопроникающую, объединяющую, голографическую вселенную и расщепить ее на отдельные  "я" и "другие". Для этого нужны средства кодировки. Восток всегда знал, что чувства лгут. Мы воспринимаем друг друга в качестве отдельных объектов, потому что воспринимаем глазами и потому что приучились считать такими себя и других. Сердце, свободное от бремени, видит иначе. 

  Мы рассматриваем нашу вселенную на нескольких уровнях. Кен Уилбер описывает этот процесс весьма подробно. Раскол происходит тогда, когда мы решаем, что никак не связаны друг с другом и существуем сами по себе. Мы не останавливаемся на этом и отделяем тело от ума. В конце концов мы приходим к тому, что и сам наш ум оказывается расщепленным на отдельные части. Теряя, таким образом единство ума и тела, мы сильно ограничиваем нашу способность испытывать переживания. Собственно ум делится на "я" и "не я". Целостность, полнота, гармония утрачивается на всех уровнях. Юнг называл части ума "тенью" и "персоной" - тем, что скрыто, и маской. Ни то, ни другое не реально. Мы разделяем себя на те части, которыми владеем и за которые ответственны, и те, которыми не владеем и за которые не несем ответственности. Мы не говорим сознательно, что это "я", а это "не я". Мы не слышим других частей, не слушаем их, не видим и не чувствуем. Мы старательно избегаем встречи с ними. 

  Задача психотерапевта - научить эти разрозненные части общаться, независимо от того, идет ли речь о восстановлении коммуникации внутри семьи, между телом и умом или разделенными частями ума. Уговорить эти части выйти из укрытия, помочь им говорить открыто и прямо - в этом проявляется мастерство терапевта. Я думаю, что в гештальт-терапии этот процесс оказывается наиболее эффективным. Гештальт-терапевты работают на языке драматургии и театра. Они изучают процесс взаимодействия ролей, которые мы играем. Вся гештальт-терапия посвящена отношениям между частями и целым. Находясь на "горячем" стуле, человек вступает в диалог. Он говоит с проекцией какой-то своей части - части, которой он не хочет обладать, части, которую он вытолкнул. В таком диалоге части снова начинают общаться. Самое важное в этом процессе - возобновление коммуникации. Важен не столько диалог, сколько сам процесс. Перлз  верит (как и я), что если восстановить общение этих частей, они смогут уладить свои разногласия и гармонизировать целое. В любом случае этого не произойдет, если они не будут общаться. Когда диалог происходит в атмосфере безопасности и защищенности, как например, в терапевтическом процессе, шансов на интеграцию гораздо больше.

  Это стремление к объединению разрозненных частей является исцеляющей силой. И оно ведет к исцелению. По словам Кена Уилбера, "психика самопроизвольно перестраивается". По мнению Фельденкрайза, перестраивается и нервная система. Движение является фактором, поощряющим части к диалогу, в результате они самопроизвольно объединяются на основе функционирования, требующего наименьших усилий. Лишнее отбрасывается. Здоровье - это естественный результат внимания, которое каждая часть уделяет другим. Именно в это верят целители.

  В ходе терапии мы стараемся построить и развить общение между сознательным и бессознательным, между умом и телом. Опираясь на состояние осознанности, мы создаем условия, дающие бессознательному возможность беспрепятственно проявиться и быть увиденным, услышанным и прочувствованным. Направляя внимание в зону контакта ума и тела, мы работаем над созданием каналов, позволяющих им коммуницировать друг с другом. Работая с ребенком, мы концентрируемся на той его части, которая подавлена и безмолвна. Когда клиент приходит к озарению, смыслу и принятию себя, это означает, что одна часть понимает или принимает другую.

  В соответствии с принципом единой Вселенной мир представляет собой целое, все аспекты которого неотделимы от целого и не существует по отдельности. Такой подход резко отличается от атомистических и ньютоновских представлений о неразрушимых, неделимых, изолированных частицах материи, плавающих в абсолютно пустом вместилище под названием "пространство". Соответственно, модели сознания, основанные на новых представлениях о реальности, побуждает нас к новому пониманию процессов на всех уровнях бытия.

  Мы опираемся на принцип единства, когда рассматриваем те части себя или других, которые находятся в изоляции или в конфликте. Мы доверяемся ему, когда следуем путем принятия и любопытства, когда стремимся свести воедино все аспекты личности: части ума, ум и тело, себя и Вселенную, когда мы знаем глубоко в сердце, что связаны друг с другом и с этим миром. В этом знании мы черпаем исцеляющую энергию для нашей работы.

Рон Курц, Телесно-ориентированная психотерапия. Метод Хакоми / Перевод с англ. Д.А. Ивахненко - М.: Независимая фирма "Класс", 2004.   

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы получить возможность отправлять комментарии

Комментарии

Телесно-ориентированная психотерапия (ТОП)